Афера

85-летняя женщина теряет свою квартиру и оказывается практически на улице. Решением суда ее выселяют из собственных - уютных и обжитых - апартаментов, которые теперь, как оказалось, принадлежат ее близкой приятельнице. Как могло произойти такое?

Вот эта история, развязка которой случилась, увы, в дни новогодних праздников.

- Как вы себя чувствуете? - постоянно спрашивала Светлана Ивановна при встрече с ней. И терпеливо выслушивала подробный ответ. А старому больному человеку только это и нужно - внимание к нему как к личности, и тогда его благодарности не будет границ. Увы, внимание оказалось лишь маской...

Их знакомство началось давно. Долгие годы они работали вместе, в одной лаборатории, и отношения сложились хорошие, приятельские. Нина Федоровна (назовем ее так) вышла на пенсию, а потом на заслуженный отдых отправилась и Светлана Ивановна. Жили они в одном доме, и, может быть, именно это соседство сблизило их - ведь обе были теперь сравнительно не заняты и было о чем поговорить: общие воспоминания, один и тот же круг знакомых... К тому же Нина Федоровна была одинокой, родственников в Кишиневе у нее не было, и она, как женщина пожилая и не очень здоровая, часто нуждалась в услугах своей более молодой подруги. Та с готовностью оказывала нужную помощь.

К тому времени, о котором пойдет речь, возраст у обеих был солидный: Нине Федоровне за 80, Светлане Ивановне лет на 10-12 меньше - тоже немало, однако она была не по годам бодра, энергична. Предприятие, где прежде работали женщины, ежегодно к праздникам выделяло своим ветеранам премии, подарки. По состоянию здоровья Нина Федоровна не всегда могла сама пойти получить их и поручала сделать это своей подруге.

Кроме того, именно подруга занималась оформлением документов для получения компенсаций, положенных Нине Федоровне как вдове умершего фронтовика. Естественно, соседка имела и ключ от чужой квартиры... Деньги в этой квартире, правда, не очень-то водились, но были другие интересные вещи, например, домовая книга...

Словом, Светлана Ивановна вошла, точнее, "втерлась" в полное доверие. А дальше события разворачивались самым неблагоприятным для Нины Федоровны образом.

Трудно сказать, почему женщина, которой за 80, решилась, не имея никакого другого жилья, продать собственную двухкомнатную квартиру своей подруге. Возможно, надеялась, что в обмен та возьмет на себя уход за ней? Но такого договора у них не было - в письменной форме, во всяком случае, он в природе не существует.

Зато есть договор о купле-продаже квартиры, составленный по всей форме, подписанный у нотариуса. Причем в роли покупательницы выступила не сама Светлана Ивановна, а ее замужняя дочь.

Сейчас Нина Федоровна утверждает, что сама она не помнит момента подписания договора. Однако графологическая экспертиза, проведенная впоследствии, установила: да, подпись на договоре является подлинной, но сделана она "в необычных условиях". Что имеется в виду? Возможно, старая женщина слишком волновалась, возможно, она была под влиянием сильного успокоительного или снотворного средства?

Странной эта сделка представляется еще и потому, что продав свое жилье площадью около 50 квадратных метров подешевке - за 6 тысяч долларов (хотя цена в то время за подобное жилье была не меньше 10 тысяч), Нина Федоровна не получила от своих покупателей никаких денег. Неужели согласилась, чтобы те "по дружбе" просто хранили деньги для нее на черный день? Трудно в это поверить, хотя Светлана Ивановна уверяет, что именно так и было.

Оформив сделку, Светлана Ивановна особых шагов не предпринимала. Договор зарегистрировала только в БТИ, но не открыла лицевой счет в жэке, ни разу не оплатила коммунальные услуги... А Нина Федоровна по-прежнему продолжала себя считать владелицей квартиры. Ни квартирант, которому сдавала комнату Нина Федоровна, ни соседи, ни бывшие коллеги по работе, ни даже племянница - гражданка России, которой она прежде в завещании отписала свою квартиру, и не подозревали о совершенной сделке.

Всполошилась Нина Федоровна тогда, когда "подруга" поставила на ее квартире (без всякого разрешения или предупреждения) новую железную дверь. Недоумение, обида, страх - все эти чувства разом овладели старой женщиной.

- Зачем вы это сделали? - обратилась она к Светлане Ивановне.

Та вместо объяснения засмеялась:

- А чтоб вас не украли!

Вся в волнении, в слезах Нина Федоровна обзвонила своих давних знакомых, рассказала о случившемся. Муж одной из них взял на себя труд пойти в БТИ, где выяснилось, что квартира уже не принадлежит Нине Федоровне. Что делать? Друзья помогли старой женщине написать заявление в суд с просьбой признать сделку по купле-продаже квартиры недействительной, наняли адвоката. Тяжба началась.

Тем временем другая сторона подает встречный иск - о выселении Нины Федоровны из квартиры, в которой та прожила несколько десятков лет.

И вот финал: суд признает сделку по купле-продаже квартиры законной и - одновременно - удовлетворяет иск о выселении Нины Федоровны.

... О выселении куда? Увы, на этот вопрос никто и не собирается отвечать.

Судебное заседание состоялось как раз в канун Рождества. Судья, молодая и красивая женщина, зачитала постановление бесстрастным голосом.

А после ничего не произошло - земля не разверзлась, с небес не ударил гром. Только старая-старая старушка плакала, спускаясь по лестницам здания, где вершат правосудие.

Ирина АНАТОЛЬЕВА.