И знаете - достучался: недавно была официально зарегистрирована общественная Ассоциация доноров крови РМ, и 14 июня молдавские дарители крови (донор - означает даритель) были полноправными участниками Всемирного дня доноров. О том, что Ассоциация признана властями высокого уровня, свидетельствовало и послание премьер-министра Василе Тарлева, в котором были слова признательности в адрес безвозмездных дарителей крови: "Правительство выражает свое восхищение и признательность почти 55 500 донорам, которые каждый год идут в учреждения службы крови, чтобы капля за каплей пополнить имеющийся в стране запас крови".

Среди этих более 55 тысяч есть ветераны - почетные доноры, на счету которых десятки, сотни, кровосдач. Подаренная им безвозмездно кровь спасла тысячи и тысячи жизней; этим людям были благодарны многие вырванные из когтей смерти. Вот только родное государство на время забыло о них, считая, вероятно, что есть дела поважней. Да и Закон о донорстве не внушал своими статьями уверенность в том, что дело это серьезное и заслуживает такого же к себе подхода: два отгула после кровосдачи и еще какие-то мелочи - вот и все льготы.

Нынче, похоже, лед в донорском деле тронулся: постановлением правительства от 12 января с.г. было решено выделить 20 тысяч леев на премирование 100 самых активных доноров. Получилось, однако, как в нетленном произведении Ильфа и Петрова - сначала стулья, а потом деньги. То есть почетные грамоты были вручены 14 июня - во Всемирный день донора, а деньги премиальные подоспели через месяц с хвостиком. Но это для безвозмездных дарителей крови был еще один повод собраться и послушать хорошие слова о себе и своей благородной миссии из уст начальника главного управления здоровья Министерства здравоохранения и социальной защиты Ливиу Вовка, да и в кошелек положить по 200 леев.

- За всю историю независимой Молдовы подобная акция проводится впервые. Хочу подчеркнуть, что врученная сегодня правительственная премия - не просто материальная помощь, а награда за безвозмездное донорство. Для таких бескорыстных людей, какими, по сути, являются доноры, важна не величина самой премии, а внимание со стороны государства, - говорил председатель Ассоциации доноров крови РМ Валерий Славинский. А еще он говорил о необходимости возрождения донорства в нашей стране, о том, что этому мог бы способствовать новый закон о донорстве, защищающий права безвозмездных дарителей жизни. И снова и снова призывал пропагандировать донорство среди молодежи.

- Надежду на то, что именно эти люди и словом и делом послужат примером для последующих поколений безвозмездных доноров, выражали и Ливиу Вовк, и замдиректора Центра переливания крови Светлана Чиботару.

- В донорском движении чувствуется движение. Очень надеюсь, что ваше благородное дело найдет продолжение в последующих поколениях. Нынешняя молодежь должна протянуть руку помощи страждущим. Но на это ее надо подвигнуть - примером, призывом. В этом я вижу миссию созданной ассоциации. А двери нашего Центра всегда открыты для добровольцев.

Тереза Филипповна Величко донорством "занималась", как она говорит, 37 лет. Количества кровосдач уже не помнит, но знает точно, что подарила безвозмездно 82 литра крови. Донором в свое время был и муж Терезы Филипповны - на его счету около 20 литров сданной крови. Супруги Величко гордились тем, что помогают людям в критические моменты, что их кровь спасает чью-то жизнь. Но как же опечалились они, а вместе с ними и многие тысячи безвозмездных доноров, когда в перестроечные годы очутились за бортом, никем и ничем не защищенные.

- Закон о донорстве давал нам право без очереди купить продукты, а Почетному донору - также без очереди поступить в Дом престарелых. Это меня возмутило до глубины души: почему бы не дать человеку отдельную комнату, чтобы он жил спокойно на старости лет? Так не должно быть, решила я и стала писать президенту, в правительство и парламент. Снегуру я писала, что он не представляет себе, что такое сдавать кровь, потому что ни он, ни жена его, ни их дети никогда ее не сдавали. До этого я получала прибавку к пенсии - 1 лей 80 банов, а после письма мне прибавили еще столько же - итого 3 лея 60 банов. Но когда лет пять назад начали понемногу увеличивать пенсии, эту надбавку сняли:

Написала я снова в парламент на имя спикера письмо с предложением об изменении Закона о донорстве, о том, что в нем четко должны быть обозначены права донора и льготы - на коммунальные услуги, лекарства: Ведь донор, сдавая кровь, рискует жизнью. Из полученного ответа поняла, что оно направлено в комиссию по здравоохранению и соцзащите, а оттуда - в Министерство здравоохранения и социальной защиты и что в настоящее время разрабатывается новый закон о донорстве. Хорошо было бы, чтобы мои предложения приняли.

Приятно, что нас сегодня чествуют - значит, лед в донорском деле тронулся. А то ведь страшно, что творилось. Одна моя знакомая потеряла донорское удостоверение. "Сейчас позвоним куда надо и сделают новое, ведь мы же все зарегистрированы", - сказала я и давай звонить на станцию переливания крови. А там говорят: "Мы уничтожили все списки". Но как же так - это ведь, как история болезни, должно храниться 75 лет.

Тереза Филипповна 32 года проработала медсестрой, а кровь сдавала до 62 лет. Как оказалось, ей нельзя было этого делать, поскольку зрение на одном глазу было - 6, а на другом - 8, а предел для сдачи крови - минус 4.

- Вызывали меня часто на сдачу крови - тяжелый больной, авария, да мало ли что. Я не тяготилась, наоборот, спешила - ведь от меня зависела чья-то жизнь. И знаете - после сдачи крови чувствовала такую легкость, прямо парила, и казалось, что я, как Уланова, - стройная, легкая. Я бы и дальше сдавала кровь, если бы мой главврач не запретил, узнав, что мне уже 62. "Вы и так два лишних года сдавали кровь, а по зрению так вообще не должны были этого делать". Но я не жалею, наоборот, продолжала бы заниматься донорством. В одной газете прочитала, что в Австралии 73-летний мужчина является донором и чувствует себя прекрасно. Я позавидовала ему:

20 августа Терезе Филипповне исполнится 80 лет. Она выглядит прекрасно, глаза лучисты, вот только ноги слегка подводят. Но она полна решимости идти вперед и не сдаваться, пока не увидит новый справедливый закон о донорстве. Тереза-дарительница правильно считает, что доноры заслуживают и прав и льгот.

В зале, где звучали хвалебные слова и раздавали премии, было больше женщин. "Вот тебе и слабый пол", - подумалось.

Лариса Володина - работница КТК, 16 лет является безвозмездным донором. Я спросила, не помнит ли она кого-то из тех, чью жизнь спасла ее кровь.

- У меня редкая группа - 3-я, резус отрицательный, так что вызывали и приезжали за мной часто. Иногда сама спешила на помощь, услышав призыв по радио. Но фамилий не спрашивала - главное было спасти человека.

- По всякому бывало, - дополнила ее Любовь Григорьевна Наку. - Однажды срочно нужна была кровь моей группы. Приехали на машине за мной, а обратно, говорят, иди пешком. Обидно было. А спасенную одну я запомнила - это была жена г-на Барбалата, в ту пору генерального судьи. Ох и намучились мы тогда: переливание было прямое, у меня кровь идет плавно, а к ней не поступает. Жгут, потом снова жгут: В общем, спасли. Что характерно: большинство спасенных "грозились" вовек не забыть, обещали звонить. Увы, никто не позвонил:

В понедельник на операционном столе одной из кишиневских больниц находился больной с очень редкой группой крови - 4-я, резус отрицательный. По радио был дан SOS. Отозвались многие, но первой была женщина из Бендер. Она очень спешила, поскольку знала: у нее именно эта группа крови, и от нее зависит жизнь человека.

Анна МЕЛЕКА.