Вспоминая о Вольтере, Пушкин однажды сказал: "Всякая строчка великого писателя становится драгоценной для потомства. Мы с любопытством рассматриваем автографы, хотя бы они были не что иное, как отрывок из расходной тетради или записка к портному об отсрочке платежа". Эти слова великого о великом приходят на память у порога дома на улице Антон Пан, 19, в котором живет бессмертие Пушкина.

Когда-то здесь был дом купца Наумова, служившего в квартирной комиссии "по делам приезжих русских офицеров". В сентябре 1820 года в нем остановился прибывший под опеку главного попечителя всех колонистов южного края России опальный поэт. А с ним - не поддающийся всевластию самодержавия талант, который оставил на бессарабской земле незабываемый след.

В память о том под музейным стеклом - энергичные пушкинские строки - начальные строфы "Евгения Онегина". Они и сегодня, как только что рожденные, несут движение и напряжение мысли. С портретов в нас всматриваются друзья поэта, ставшие прообразами многих его произведений, и те, с кем породнили дороги Бессарабии. Над рабочим столом - Жуковский, на полках - Байрон, Шекспир, Овидий... У кресла трость - непременная спутница ночных прогулок поэта в городе, где в ту пору было всего двадцать два фонаря и много собак... В остановившемся безмолвии, выпавшем на февральские дни - дни памяти Пушкина, все время чувствуешь присутствие поэта. И это ощущение не только твое. Его испытывает каждый, кто побывал в музее однажды, приходил и приходит сюда всегда.

Каждый из посетителей приносит в эту обитель своего Пушкина, свою память о нем. Хотя у всех представление о нем одно. Он и гордость и слава России. "Если Пушкин есть, есть и она, - писал Мережковский. - И сколько бы нас ни уверяли, что его уже нет, нам стоит только вспомнить Пушкина, чтобы убедиться, что Россия была, есть и будет".

В залах музея новая экспозиция.

Наверное, многих в такие мгновения посещает и вот какая мысль: может, так сложно и нелепо все в России, да и только ли в России, что мы отошли от уроков гения.

Уроков настоящей любви к Родине, ее истории и будущему.

Уроков достоинства, которое всегда прорастает в человеке от понимания связи своей репутации с репутацией Отечества.

Уроков творческого подвижничества и неподкупности.

Уроков жизнелюбия, прорывающегося в трудный час мольбой: "Храни меня, мой талисман".

Уроков уважения ко всякому сущему языку...

Каждый день года, который только-только ступает на порог, становится временем паломничества в дом Пушкина. Незарастающая народная тропа складывается из тропинок. Память - из благодарения и покаяния за подчас урезанную меру любезности... Помните? - "И долго буду тем любезен я народу, что чувства добрые я лирой пробуждал".

Сто семьдесят лет, без малого два столетия, минуло со дня гибели Пушкина. Они высветлили и укрупнили масштаб обожания поэта. В летопись музея вписано столько признаний в этом людей старших поколений и только вступающих в жизнь. Вот они:

А разве не о том же и эти строки признания, оставленные в книге почитателей пушкинского таланта:

"Милые мои друзья из Дома-музея Пушкина! За день до отъезда в страну небоскребов отчетливо сознаю, что наш кишиневский Пушкинский домик превыше многих пирамид и помпезных колонн. Здесь живет бессмертие поэта. Да поможет нам его поэзия пережить все тяготы жизни, не расставаться с любовью и помнить друг о друге"... Много лет назад под этими сводами вечной памяти их оставил наш писатель Михаил Хазин.

А разве не столь же трогательны признания молодых? Вот строки одной из юных поклонниц таланта поэта - Лены из Москвы, присовокупевшей к ностальгическим чувствам известного российского режиссера и нашего писателя свою любовь и эти вот стихи:

У каждой эпохи
Свои подрастают леса.
И все-таки жаль,
Что нельзя 
      с Александром Сергеевичем
Поужинать в "Яр" заскочить
Хоть на четверть часа...

А сколько в Книге отзывов музея автографов наших лицеистов:

"Огромное спасибо музею за то, что он пригласил нас, учащихся лицея, для посвящения в лицеисты"...

"Преклоняемся перед талантом служителей его врачевать наши души Пушкиным"...

"Спасибо за общение с Пушкиным, мы гордимся тем, что живем в городе, где жил и творил великий поэт"...

"Низкий поклон молдавскому народу за добрую память о великом русском поэте"...

"Благодарим"... "Любим"... "Помним"... "Восхищены увиденным"... Эти фрагменты признаний принадлежат посетителям музея из России и других стран ближнего зарубежья. Есть тут обратные адреса и тех, у кого на пути к нашему Пушкину была дорога подлинней и начиналась в США, Англии, Израиле...

Ежегодно в февральские дни, в пору, когда перестало биться сердце поэта, тропы из разных стран мира разворачиваются к скрещению проулков в старой части Кишинева, где живет эта Память. Встречая друзей Музея, служители его и в такие дни находят время, чтобы провести по лабиринтам недавнего прошлого его.

- Как начиналось увековечение памяти поэта? - услышала я в одну из таких встреч от директора музея Александры Стакановой. - С добрых побуждений двух наших известных земляков - Андрея Лупана и Емилиана Букова. Они первыми предложили открыть на этом перекрестке молдавской земли Музей великого русского поэта. Тем более, что адрес прописки его не затерялся в руинах войны. К нему привели старожилы двух мест. Ну, а потом было правительственное Постановление о создании этого очага вечной памяти. Открытие его в 1948 году выпало на февральскую пору - пору гибели поэта... Но стены храма еще не храм. В возведении его только побуждений и порывов недостаточно...

Уже накопленным опытом с нами великодушно делились все пушкинские центры страны. И в первую очередь - Санкт-Петербург, где после трагедии у Черной речки перестало биться сердце поэта... В восьмидесятые годы, когда Музей обрел второе здание, московские экспозиционеры помогли оформить раздел - "Пушкин и его эпоха". Многое приобреталось у коллекционеров. У перечня их - долгий ряд. Сегодня в Музее собрана библиотека в несколько тысяч томов. Здесь хранится и все написанное поэтом в Кишиневе.

Бессарабская ссылка для него была плодотворной. Отсюда Пушкин увез 200 сочинений, из которых 150 - поэмы и стихотворения. Среди них - "Кавказский пленник", "Гаврилиада", "Братья-разбойники", "Бахчисарайский фонтан", первые страницы "Евгения Онегина" и "Цыган"...

По-своему оценивая такой вклад поэта в сокровищницу литературы в тот период, большой друг Музея художник Эмиль Килдеску, подаривший ему вместе с другими и полотно "Дуэль", как-то сказал: "Спасибо батюшке царю за то, что он сослал Пушкина в Бессарабию. Поэт оставил глубокий след на нашей земле, в наших сердцах и душах. След этот вечный. Он навсегда". Принимая или не принимая это утверждение, с сутью его не согласиться нельзя.

Как и Цветаева когда-то, каждый посетитель Музея может сказать: "Здесь мой Пушкин". Хотя ко всем он приходит по-своему. К кому-то из сказок, подаренных поэту Ариной Родионовной, к кому-то из школьных уроков... А разве не своего Пушкина подарил каждому из нас Репин, Ге, Кипренский и другие живописцы? И не свою тропу бессмертия поэта открыли встречи в Петербурге, михайловском Святогорске, на берегах Суходрева, в поместье Гончаровых, у нас в Долне? А переводы Пушкина? Кого-то восхищает в нем юмор, экспрессия, сила чувств, блеск мысли, кого-то - близость к простым людям земли. У непохожести этой линия жизни бесконечна.

Сегодняшняя встреча с поэтом, спустя сто семьдесят лет со дня его смерти, вновь и вновь убеждает, как же нужен нам Пушкин, в каком неоплатном долгу мы перед гением его. Будем откровенны: в суете сует не всем хватает времени на общение с ним. Хотя самого Пушкина хватало и хватает на всех - живших, живущих и идущим им на смену...

Разве не о том обращенные и к нам, наверное, строки нашей современницы:

"Имя Пушкина у меня ассоциируется с силой стремительной и неизменно чистой. С силой, которая не натравливает людей друг на друга, не сеет раздор, а сеет разумное, доброе, вечное".

Автографы Кишинева. Их вписано немало в бессмертие Пушкина. На смену одному поколению приходит другое. Но неизменным остается их поклонение поэту, забота о том, чтоб к памяти о нем не зарастала народная тропа.

Завтра, как всегда, в десятый день февраля, поток почитателей гения Пушкина устремится к центру нашей столицы, к памятнику поэту. Возглагая цветы, каждый, конечно же, вспомнит рвущиеся издалека и такие знакомые с детства слова:

Товарищ, верь, взойдет она -
Звезда пленительного 
		счастья.

Верим. И не можем не верить...

Раиса КАЗАКОВА.
Фото Бориса КАПНИНА.